Армейские мифы. Миф о дедовщине

Автор: Петр Малахов

Причина дедовщины — сама армия

Это, пожалуй, самый живучий и устоявшийся миф о нашей армии, с него и начнём.
Традиционная версия наших либералов — будто в дедовщине виновата сама армия. Они так примерно и пытаются представить, положение дел: в армию приходят небесные ангелы, а «военная ма-шина подавления прав человека и личности» делает из них отъявленных душегубов.
Убрать армию и в стране сразу наступит сча-стие, благорастворение воздусей и произрастание озимых…
На первый взгляд, всё — логично. Там где подавляется личная свобода и заставляют отдавать честь, вышестоящему по званию, обязательно будут издевательства и унижение человеческого достоин-ства.
Но, стоп… Мой отец, служил в самой обыкно-венной, советской армии. Ни о какой дедовщине в то время, никто даже слыхом не слыхивал.
В этой армии также требовалось отдавать честь, ходить в наряды, исполнять приказы коман-дира, вставать в 7 часов утра и за 45 секунд заправ-лять свою постель. Но дедовщины не было…
Мало того. Отец рассказывал, что старослу-жащие (деды) во всём помогали молодым, делились с ними вещами и пайком, помогали в быту и служ-бе. Никакого насилия не было. Дедов уважали, деды — были авторитетом для молодого пополнения.
На самом деле, иерархия (и не только в ар-мии) подразумевает не оскорбление, а подчинение. Если для кого-то отдача чести вышестоящему по званию кажется унижением, значит у него что-то не в порядке с самолюбием. Другими словами, надо обратится к психотерапевту.
Причина дедовщины — не в армии. Чтобы найти причину надо докопаться до сути дедовщины, задать самый главный вопрос, который многие бо-ятся себе задать:
«Те, кто покрывают дедовщину, те, кто изде-ваются над слабыми — почему они так поступают?
Научили ли их издеваться в армии отцы ко-мандиры или они уже пришли в оную готовые уни-жать слабого и унижаться перед более сильным?
Является ли армия необитаемым островом, на котором происходят ужасы, или это — “ужасы все-го нашего городка”?
Является ли садизм в армии — чем-то харак-терным именно для армии, или становится следст-вием тех процессов, которые происходят в общест-ве?
Является ли криминогенная обстановка в ар-мии, более неблагополучной, чем на гражданке?»
И если, допустим, современная армия — это жестокое место, с жестокими людьми, которые культивируют жестокость, в противовес современ-ной гражданской действительности — которая, до-пустим — царство свободы и любви к ближнему, то почему раньше в армии не было жестокости?
Если армия — законсервированный сам в се-бе, институт жестокости, то, следовательно, жесто-кость в ней должна была бы быть всегда, во все времена и при любой господствующей в обществе нравственной атмосфере. Было ли так всегда или нет?
А если нет, то с чего началась проблема де-довщины? Без понимания источника проблемы, не решить её саму.
Так вот. Я реально желаю искоренить дедов-щину, в армии, и хорошо понимаю, что сделать это можно только, если искоренить причину её возник-новения.
А причина — безотцовщина, уголовщина, те моральные нормы, которые уже давно доминируют в самом нашем обществе.
Раньше не было дедовщины, потому что об-щество больше внимания уделяло нравственному воспитанию людей. Были времена, когда у нас не было и того, что есть сейчас, но люди были друж-ней и человечнее. И дедовщины не было. И армия не калечила людей, а делала из мальчишек — му-жей.
От армии не то, что не отлынивали, в неё стремились, считалось большим позором, если в неё не брали. Вот, как было. А сегодня безнравствен-ность, инфантильность, аморалка и уголовщина, захлестнули страну.
Проблема не столько в армии, сколько в са-мих пацанах, которые в неё идут. Многие из них — инфантильны, изнежены и не готовы терпеть, про-являть силу воли, элементарно стирать за собой, вставать рано утром, бегать кросс, уживаться со сверстниками.
Многие из них клянут дедовщину, но, спустя полтора года службы, сами с удовольствием гоняют салаг, и унижают слабых духом, вместо того, чтобы помочь им стать личностью.
Вот источник проблемы — Часто жертвами дедовщины (а затем и свирепыми дедами) становят-ся те, кто не получил в детстве мужского воспита-ния, кто не знает, что такое хорошо и плохо, кто привык получать всё готовое, не умеет нести ответ-ственность за свои слова и поступки, не умеет от-стоять своё мнение, кроме, как надерзив, эгоисти-чен и не способен на социальное сосуществование с другими (например считает себя пупом земли), эле-ментарно не привык следить за своим внешним ви-дом и гигиеной.
Вот это — типичный портрет жертвы дедов-щины. Деды — это те же самые салаги, которые год назад драили туалеты зубными щётками.
Они внутренне были готовы унизиться. А че-ловек, для которого унижение норма, рано или поздно, сам будет унижать.
Ещё раз повторяю — проблема не в армии — а в обществе в целом. Нельзя сказать, что совре-менная армия чем-то выделяется в худшую сторону, на фоне остальной нашей действительности — т.е. гражданской жизни.
Глупо надеяться, в больном обществе иметь здоровую армию.
Так, что же делать с дедовщиной, как её побе-дить? Дедовщина — это болезнь общества, а не ар-мии, и лечить следует, прежде всего, общество.
Люди, которые не способны на взаимопо-мощь, взаимовыручку и умение уживаться с други-ми в коллективе — всегда будут иметь дедовщину.
И она будет давать о себе знать всякий раз, когда эти люди будут оказываться в замкнутом со-циуме, будь то армия, общежитие или даже само государство.

Продолжение здесь. Тема: Зря потерянное время.